Скворцы (рассказ из Таватуйских Былиц)
Сварганили с Костей Крохиным скворечник и укрепили его огороде.
Утром защелкал скворец, зарасфуфыривался. Крылья растопырит, клюв раскроет и понужает на всю деревню.
Это ведь скворец просто поет — ну и что, а если он под окно оркестранит, да еще сидит на сделанном твоими руками скворечни" — другое дело, интересно.
Сидит наш Брюнет, скворчих зазывает.
Те одна за другой подлетают, домик исследуют и исчезают.
—Что такое?
—Щель где-нибудь? — предложил я.
—Не должно быть, — усомнился Костя.
Но па всякий случай скворечник мы сняли. Заново проконопатил и водворили на место.
...Брюнет неистовствует на своей крыше, а скворчихи его игнорируют.
На соседних скворечниках уже парочки сидят, а наш все холостяк одиночка.
Мы и раньше замечали, что Брюнет наш нет-нет да и отрывала от трелей и поклевывал свою ногу. Пригляделись, а на ноге нитка. Во' скворчихи-сквалыги, перестраховщицы боялись за нашего Брюнет; замуж выходить, понимали, что с одноногим мужем жить не сладко.
А как только склевал Брюнет нитку, так и хозяйка объявилась; почти сразу на яйца села, метлой из дома не выгонишь.
...Отпел наш Брюнетик, отхохлячился. Сидит на яйцах, как миленький. Теперь его от скворчихи не отличишь.
Поскучнел сразу скворечник, неинтересным сделался. Мы и глядеть на него перестали.
...И вот однажды сидим мы за столом, обедаем, и вдруг скворец] окну прилетел. Бьется о стекло, крыльями стучит и орет, как буди его режут... Ничего мы не поняли. Чара тоже посидела, посидела, по том гавкнула па скворца, он и улетел со слезами.
А утром вышел я во двор. Смотрю па грядке расклеванное скворчиное яйцо.
...Вечером они вдвоем к окну прилетели. Брюнет со скворчихой. Такой тарарам устроили — стекла тряслись.
Глянули мы, а в скворечнике сорока шерудит. На приступок уселась, башку в дыру засунула и шерудит.
Побежал Костя к соседям, принес ружье, отпугнул длиннохвостку от скворечника и жахнул.
Так они ее мертвую всю исклевали, скворцы-то.
Но до сих пор прилетают каждую весну.
А приступок у скворечника мы оторвали.
